Category: производство

Category was added automatically. Read all entries about "производство".

sunset

Столетний Юбилей

Сегодня сто лет как один еврей убил Урицкого Моисей Соломоныча, руководителя ЧК в Петроградею
И ровно век как почти слепая Фани Каплан, на заводе угнетаемого в Русской Иперии Льва Михельсона, ранила Ленина.

И в ответ на эту чисто еврейскую разборку Совет Народных Коммисаров под председательством Якова Свердлова почему-то решил начать по всей Руси Красный Террор.

Я только что был у памятника, который стоит на месте выстрелов Каплан.
И таки ни одного цветочка!

Ни за.
Ни против.

Ни чет ни нечет.

Пустота

Ну вот только дождь внезапно пошел и гром ударил.

А я помянул. В одиночестве.
Я и небеса.
Получается.

sunset

"Короткое замыкание"

 

Срочный ремонт

 

Лампочка, висевшая на скрутке из проводов перед фанерным стелажом с обувью, замигала.

Сапожник, - молодой темноволосый человек, с чумазым, спокойным и серьезным лицом,   обтачивающий подошву на станке, посмотрел в небольшое окно, выходившее на улицу на уровне земли.

В окне было видно велосипедное колесо,  и женские ноги в обрезанных чуть ниже колен, джинсах, одетые в кеды с разноцветными шнурками.

 

Станок крутился.

Сапожник  отдернул руку -  засмотревшись,  он чирканул себе по пальцу обточным камнем.  

Лампочка продолжала мигать.

Он вздохнул, остановил станок. прижал ранку, из которой шла кровь к губам, поставил видавший виды ботинок на стеллаж - рядом с такой же, побитой временем обувью.  Потом встал со стула и пошел за ширму, отгораживающую его рабочее место с несколькими станками от маленького помещения приемной, где врядли могли развернуться трое человек.

За стойкой, без затей сколоченной  из такой же фанеры, что и стелаж вдоль стены, спала с открытым ртом  маленькая и какая-то словно  игрушечная  бабушка, одетая в теплую душегрейку из овчины.

Сапожник аккуратно потрогал ее за плечо. Бабушка проснулась, увидела мигавшую лампочку и потянула за веревку. висевшую вдоль стены.

Сапожник обратно сел на свой маленький стул, взял ботинок, включил станок и продолжил работу.

 

Камень грыз новую, приклеенную к старому ботинку подошву...

Бабушка постелила газету на стол рядом с сапожником и только после этого поставила на него ноый заказ.

Он снова выключил станок.

На столе стояли изящные женские туфли белого цвета. В один туфель была вложена бумажка.

 

Сапожник посмотрел в окно. Велосипедного колеса там уже не было.

 

Так, чтобы не коснутся самих туфель он взял черными пальцами бумажку. Прочел. Открыл один, а потом второй ящик стола, повозился в нем, достал пару новых нитяных перчаток, одел и только после этого взял туфли в руки.

 

Белые, с тонким высоким каблуком, они были сильно не похожи на всю ту обувь, что стояла у него в мастерской.

Он взял один туфель каблук, и рассмотрел его с разных сторон.

 

Бабушка дотронулась до его плеча. Он обернулся. Она  постучала пальцами правой руки, по запястью левой, словно показывая на часы, которых не было,  и помахала рукой.

Сапожник посмотел на свои наручные часы и закивал в ответ.

-Поешь- показала ему бабушка жестами.

Он улыбнулся и снова покивал ей, показывая, что понял.

Бабушка снова помахала ему рукой и вышла  из подвала.

Он посмотрел на то, как ее ноги проходят мимо окна. После бабушки мимо окна прошло еще несколько пар ног.

 

На одной туфельке надорвался ремешок- разошлись нитки.

Он встал и пошел мыть руки в жестяном умывальнике с одним краном. Мыл он их тщательно, отмывая резиновый клей, вьевшуюся грязь. Потом взял бутылку с каким-то растворителем и протер и только после этого взял туфли руками.

Держал он их острожно, словно опасаясь чего-то. Провел пальцами по швам. По каблуку.

 

Закончил работу он совсем затемно. На улице шел дождик. Он распрямился над столом, потянулся встал и поставил туфли на свободную ячейку в стеллаже. Поставил и тут же забрал их оттуда. Полка была грязной.

Он нашел газету. выстелил полку изнутри. Опять поставил. Опять забрал.

 

Поставил их на стол. Рядом поставил несколько взятых наугад ботинок...

Посмотрел в окно. Мимо окна прошло несколько ног.

Сапожник, лицо которого было совсем не эмоциональным вдруг улыбнулся своим мыслям...

 

Взял ботинки в руки и сделал вид, что кто-то подходит к туфлям. Покачал одним ботинком, другим. Ставил их то на пятку, то на носок. Словно кто-то стоит рядом.

Потом он осмотрелся. 

 

Всю ночь он убирался. Шкурил столешницу, оттирал стеллаж. Стены. Подметал пол.

Белые туфли ждали в прозрачном пакете.

Потом он мылся в душе. Душ тоже был только холодный. Просто труба вдоль стены, к который был привинчен рассеиватель. Вода уходила в дырку в полу.

Достал раскладушку, поставил ее вдоль стеллажа, Постелил матрац и белье. Включил настольную лампу и взял книгу в руки. Но читать не стал - засмотрелся на туфли.

Встал с раскладушки. Забрал туфли со стеллажа и поставил их рядом с собой.

Так и заснул.

 

На следующий день, в конце рабочего дня бабушка опять тронула его за плечо -он обернулся. Она показал ему, что уходит. Он кивнул. Туфли лежали в пакете там же, где он их вчера и оставлял.

Он посмотрел, как бабушка проходит мимо окна. Выключил станок. Встал. Пошел мыть руки.

 

Сначала он нарисовал туфли на листке бумаги. Получилось.

Потом он нашел кусок фанеры побольше и нарисовал туфли на ней. Опять получилось.

Наконец он нарисовал их на стене.

 

Туфли все еще стояли на стелаже.

На следующий день, дождавшись, когда уйдет бабушка он хмуро взял какой-то очередной заказ- мужские сапоги и стал заниматься с ними. Но провозившись некоторое время, отложил их в сторону, одел перчатки и достал туфли из пакета. Поставил их перед собой. Посидел. Взял в руки листок и попытался нарисовать девушку. Не получилось. Что-то ему не понравилось. Он скомкал листок.

 

После чего, рассеяно взяв сапог, он  плюхнулся на стул  и  не снимая перчаток, взялся было  обтачивать подошву, но руку в перчатке закрутило.

Он сдернул ноги с педалей и выпрямился у станка.

Лицо  перекорежило  болью. Он открыл рот, словно собирался кричать, но не кричал. А просто открывал и закрывал рот.

Из переломанной кисти, закрученной вокруг шпинделя сочилась кровь. Белая перчатка быстро становилась красной.

 

На его лице выступил крупный пот. Тело его было скрючено, он мелко и быстро дышал, по-прежнему не издавая ни одного звука. Каждое движение давалось через боль.

Превозмогая ее, он сжал губы и попытался дотянутся до ножа, лежавшего на столе. Удалось. Он стал срезать ткань, намотавшуюся вокруг шпинделя. 

Замигала лампочка.

Он кинул взгляд в окно, вернулся было глазами обратно к станку, но переставь дышать, и  словно замерев, посмотрел в окно еще раз.

В окне было видно велосипедное колесо и женские ноги в кедах с разноцветными шнурками.

 

Девушка смотрела на странного парня с неестественно белым лицом и неподвижным лицом, который пристально на нее смотрел, на туфли, нарисованные на стене. 

-Здравствуйте - произнесли ее губы. Звука он не слышал, но на губы смотрел внимательно.

Парень пожал плечами и жестами одной руки показал, что не слышит.

Девушка достала положила перед ним бумажку с номером заказа. Не гляда в бумажку он кивнул. Повернулся к стелажу и одной рукой, в белой нитяной перчатке достал ее туфли.

 

Со второй его руки, опущенной вниз, так. чтобы ей не было видно, просочившись через набухшую ткань наскоро обернутую вокруг кисти, на пол лилась кровь.

 

Она, чуть нахмурив брови, довольно подробно осмотрела их и особенно место, где нужно было пришить ремешок и  по всей видимости, осталась довольна.

Девушка полезла за деньгами в карман, но сапожник жестом ее остановил.

Девушка не понимала.

Его лицо ничего не выражало. Глазами он нашел карандаш и блокнот. Карандаш лежал рядом - он сразу смог его взять, а за блокнотом нужно было тянуться и он не стал этого делать а стал писать прямо на самой столешнице стелажа.

 

"Не надо денег. Очень красивые. "

Девушка прочитала то, что он написал, растерянно улыбнулась. Потянулась к карандашу в его руке. Он не сразу смог разжать пальцы, но потом все-таки разжал и посмотрел, что пишет улыбающаяся девушка.

"Спасибо. Это Вы нарисовали?"

Его лицо ничего не выражало. Он не улыбался.

"Нет" - отрицательно покачал он головой.

Она заметила, что он весь в поту и у него дрожит рука. Но по-прежнему он просто стоял, прислонившись к стене и ничего не делал. Ни жестами ни как еще он не поддерживал их общение.

Девушка взяла туфли, посмотрела на рисунок на стене,  сделала что-то вроде книксена и ушла.

 

Окно показало, что велосипед уехал.

На пол натекла приличная лужа крови. Сев прямо в нее, он  пошарил где-то в нижних ящика и вытащил веревку. С трудом перетянул себе руку, помогая себе зубами. Каждое движение давалось через боль. Красная перемотанна культя кровоточила. Наконец, он заметил мигающую лампочку.

В окно стучали. Стучала девушка. Стучала, разговаривала по телефону и показывала знаками, чтобы он открыл дверь. Он дотянулся до веревки.

 

Ему было очень больно. В Скорой помощи он лежа у нее на коленях, вцепился зубами в ее рукав.Она гладила его по голове.  Дверь машины закрылась и машина уехала.

Под вывеской "Срочный ремонт" лежал велосипед. Рядом с велосипедом - прозрачный пакет с белыми туфлями. Шел дождь.

Подошел мальчик. Осмотрелся. Сел на велосипед и быстро уехал.

Через желтое окно была видна пустая мастерская, на стене которой были нарисованы белые изящные туфли.

 

 25.04.2007

 

 PS





sunset

ХВ!..

Кто как. а я имею самое непосредственное отношение к РПЦ. Остался я без работы. Это году в 95, что ли. Ударил вице-президента компании Дюпон, за то, что он стукнул меня,за то, что я согласно инструкции.. ну и так далее,короче. Вице-президент аккуратно перелетел через удобный,по колена,заборчик по адресу Спиридоньевский переулок дом 9 и ..то се, короче - долго рассказывать, но я тоже перелетел с зарплаты на вольные хлеба А сосед- афганец,давай меня подбивать на нехорошее. А вокруг-то.. тю. Пальба, друг друга пацаны режут. Сосед мой - ныне бизнесмен, поставщик фруктов в город-герой Москву был у парней в авторитете по оружию,тем и зарабатывал. А .одни деятели три раз пытались противотанковую мину взорвать под машиной нехорошего дяди, за водочный завод, а она три раза не срабатывала - смех, короче. Принесли нам у авоське эту мину - говорят хотят кафе рвануть одно вредное. Хрен с ним,с куммулятивным эффектом.Collapse )
sunset

Работа

Мне с календарем
Очень повезло.
У бродяг, всегда, представьте,
Красное число...

Захар поет...
И мне пох, что подумают если я признаюсь, что песня про меня.

Я задержался на тренировке до часу ночи. Было мне 17. И остался ночевать у друга. Мы были ебанутые - тренировались как чокнутые, - дрались до изнеможения. Меня тошнило, Сашка начинал мелко трястись, а Денис, когда становилось невмоготу просто кричал. Крик быстро забирал силы. Collapse )